Солдаты Победы

[OddyRash]

Стихи Юрия Левитанского

ПЕРВАЯ КРОВЬ

А первую кровь мы видели так.

Снегом нас обдавая,

тридцатьчетверки берут разбег,

выскочив на большак.

Дымное зарево впереди.

Скоро передовая.

Сбоку идет старшина Свиридов,

командует –

шире шаг!

Потом обгоняют нас на рысях

конники в вихре белом.

У эскадронного – белый чуб

да на щеке рубец.

У эскадронного по боку –

шашка и парабеллум,

лихо несет его вороной

в яблоках

жеребец.

А нам шагать еще и шагать –

служба наша такая.

Мы, говорят, царица полей –

это, конечно, так.

Нам шагать себе и шагать,

службу не попрекая,

сбоку идет старшина Свиридов,

командует –

шире шаг!

И вдруг навстречу нам, из леска,

словно бы от погони,

оттуда, где орудийный гром

ухает без конца,

мчатся лошади без людей,

дикие скачут кони,

кровь на загривке у вороного

в яблоках

жеребца.

Так и запомнилось навсегда.

Дикие кони скачут.

Черная лошадиная кровь

падает на большак.

Дымное зарево впереди.

Бабы в деревне плачут.

Сбоку идет старшина Свиридов,

командует –

шире шаг!

1942

***

Травка в окопе жесткая и шершавая.

Лётное небо, невыносимо синее.

Пьем скупыми глотками

болотную воду ржавую,

и жажда становится невыносимее.

Есть же на свете реки –

где-то Волга, а где-то Висла,

вода родниковая

зябкая, как ветер рассвета.

А здесь одно это солнце,

солнце над нами повисло

и снижается медленно,

как осветительная ракета.

А вдали качаются ветлы над тихой рекою,

и за час до атаки

у водного рубежа

хочется просто,

как в детстве,

воду потрогать рукою,

забрести по пояс

и пить ее не спеша.

Но она смеется над нами –

вода без меры и счета.

Стороной идут облака,

черные и горбатые.

Раненый просит воды,

поминая бога и черта,

Большое горячее солнце

медленно,

медленно падает.

И когда мы вылазим на бруствер,

и бежим по песку прибрежному,

и немцы бросаются вплавь,

не надеясь на нашу милость, –

чувствую я,

что солнце

висит над нами по-прежнему,

но что-то такое

в мире

переменилось.

Это воде возвращается

ее изначальная ценность.

Волны зализывают

кровь на песке

и следы.

И мир, на части разрозненный,

вновь обретает цельность

и вновь состоит из простых вещей –

из солнца,

земли,

воды.

1943

***
Забытая армейская тетрадь,
суровой нитью сшитая на совесть!
Уже местами выцвели страницы,
как наши гимнастерки на войне.

Но черная по белому строка –
как рота на завьюженной равнине,
и проволокой ржавою – помарки,
и клякса – как воронка на снегу.

Здесь остается всё без перемен.
Не тает лед в осевшей амбразуре.
Ровесники стоят в оцепененье
над маленькой фанерною звездой.

Еще по этим выжженным полям
тяжелым шагом ходит Черняховский
и старшина Свиридов нас уводит
за Яхрому, к исходным рубежам.

Еще бомбардировщики висят
над нами, и немецкие листовки
нам щедро предлагают за измену
отменный харч и вдоволь табаку.

О старая армейская тетрадь!
Ты мне сегодня – как напоминанье,
что лучше уж на мине подорваться,
чем изменить товарищам в бою.

Я становлюсь и старше, и старей,
а ты всё там, где я двадцатилетний,
не в меру угловатый, с хрипловатым,
еще не отстоявшимся баском.

Ты нарочито грубо говоришь,
высоких слов упрямо избегаешь –
нам в юности казалось невозможным
сказать своей любимой «я люблю».

Как тихо шелестят твои листы!
То рощи шелестят прифронтовые,
и, словно восклицательные знаки,
за каждым взрывом дыбится земля.

Ты повесть без начала и конца.
Ты наша необстрелянная совесть,
что никогда не кланяется пулям
и в полный рост шагает по земле...

Опять кружит,
кружит февральский снег.
Он падает на мягкие ушанки,
он тает на ресницах у солдат,
стоящих под знаменами повзводно,
и звезды на ушанках и знаменах
бросают ясный отсвет на меня,

на всё, чем жив мой непреклонный век,
на вечный бег годов неумолимых,
на этот снег, летящий за окошком,
на старую армейскую тетрадь.

1959

***

Сплю я. Но сон мой странен.
Холодно мне. Знобит.
То ли я пулей ранен,
то ли совсем убит.

Вот он я, среди поля.
В небе горит звезда.
Девочка моя, Оля,
ты не ходи сюда.

Здесь еще пули свищут,
взрывы то там, то тут.
Скоро меня отыщут.
Скоро меня найдут.

Дальняя канонада.
Зарево впереди.
Это тебе не надо.
Ты сюда не ходи.

Это не в самом деле.
Это не наяву.
Это не пуля в теле –
это я так живу.

Всё у меня в порядке.
Скоро меня спасут.
Скоро на плащ-палатке
в тыл меня унесут.

Кто-то склонится возле
койки, где я лежу...
Всё это после, после
я тебе расскажу.

1990-е

[aleks1960]

Всем доброго вечера!
Как то немного странно, ремонт, реставрация, определение и ТД, всё это конечно важно для нашего часового форума , но не упоминуть о празднике Победы?

Я не могу пройти мимо, мой отец прошёл две войны, от дальнего востока , до Берлина и Праги, и в нашей семье, как и в большинстве других - это самый великий праздник!

Этот праздник не всегда был таким гламурным как сейчас, а когда то его и вовсе не было. Слава богу мой отец вернулся из этого ада живым и не вредимым. Но ведь были и другие, которым не так повезло.
Уверен, что многие знают о специнтернатах Валаама для инвалидов, давайте почтим и их память и подвиги.

Давайте будем помнить всех, и передавать эту память нашим подрастающим поколениям.
Всех с великим праздником Победы!

[arhistratig]

С победой! Ура!

[zyama]

+++

[koshky]

Сообщение от aleks1960

Уверен, что многие знают о специнтернатах Валаама для инвалидов

Александр Дмитриевич, здравствуйте!
Ваше сообщение и картинки к нему - самый правильный взгляд на День Победы!