Часы Baume & Mercier – гармония современного дизайна с точным механизмом за разумные деньги
Baume & Mercier с 1964 года. Тогда Леонардо Да Винчи еще считался титаном Возрождения, а не героем бестселлеров, и швейцарские часовщики воспользовались его символом «золотого сечения», божественной пропорции между целым и его частями. У «Фи» есть неточное десятичное выражение (кажется 1,618033989), но я не уверен, что каждый в B&M назовет его наизусть. Не в числе дело – оцените жест. По сути, они написали на своих часах «совершенство». Но сделали это только для тех, кто понимает.
Такая заносчивая скромность как раз и отличает часы 177-летней женевской марки. У них всегда современный, но никогда не пижонский дизайн. Они дороги, но не бессмысленно дороги. Они не имеют коллекционных усложнений, прекрасных, но, по правде говоря, бесполезных, – вроде турбийона, минутного репетира или вечного календаря. Зато все полезные усложнения – второй часовой пояс, число и день, хронометр, резерв хода – на месте.
Их главные модели, вошедшие в историю часового искусства, сохраняются в полной современности и возвращаются на рынок ровно тогда, когда им вновь обеспечен хороший прием. Новинка 2007 – классическая модель Riviera с двенадцатигранным кольцом циферблата на винтах. Она похожа на знаменитый Royal Oak, выпущенный в 70-х Audemars Piguet, да и рождена с ним почти что в один год. И вот теперь она вернулась, потому что эта форма снова в моде. «Прямоугольный» Hampton Spirit из рода «Хэмптонов» с циферблатом, похожим на телевизионный экран, появился в 2002 году одновременно с новым «Диваном» Картье, но показал себя еще более мужским прибором. «Круглая» серия Classima Executives продемонстрировала в 2006 году похвальную скромность. Это автоматические часы, и обычно в автомате вращающийся ротор открывают взгляду. Здесь задняя крышка часов была сделана непрозрачной – дух «Фи» не позволил размахивать ротором перед носом покупателя. Спортивные CapeLand, которые можно носить и со смокингом, и с аквалангом, были рассчитаны на 200 метров погружения, а в 2004 году в качестве вызова природе появились CapeLand S XXL в титановом корпусе с циферблатом из кевлара. Они позволяют нырнуть на километр, если такая самоубийственная мысль придет вам в голову.
Baume & Mercier легко опознаются на руке и обнаруживают в их носителе любителя часов и нелюбителя понтов. Если можно так сказать, это правильные мужские часы из тех, что надевают каждый день, а не на предвыборный концерт в Кремль.
Глава Baume & Mercier Мишель Ньето не слушается меня, хотя не первый год я убеждаю его открыть в Москве монобренд под знаком «Фи». А ведь мы с B&M не чужие. Пусть Уильям Бом, основавший в 1920-м Baume & Mercier, – потомственный швейцарец и часовщик в седьмом колене. Зато Поль Мерсье – Мерсье только по матери, французской модистке у Ворта, а по отцу – Павел Чередниченко, сын гвардейца, артист и гений рекламы на дягилевский манер. Но пока что Baume & Mercier смотрят на Москву как на юрский парк безумных миллионеров и убеждены, что у нас покупают только супердорогие модели. Надеюсь, они не привезут нам однажды часы с пятью турбийонами, густо усыпанные драгоценными камнями. Потому что такой взгляд на русский рынок недостоин «Фи».
Источник
