|
|
Если бы русские писатели были швейцарскими часами...
Вложений: 1
...если бы русские писатели были швейцарскими часами, кто бы был кто?
Прежде всего, большая тройка Breguet, Vacheron, Patek, и со стороны писателей - Пушкин, Достоевский, Толстой. Пушкин - это Бреге, самым естественным образом. Изящный, утонченный, легкий и сложный одновременно. Вашрон - Достоевский. Потому что "с крестом". Часы (книги) цепляющие и президентов и воров в законе. Патек - Толстой. Простота, доведенная до совершенства. Мощь. Масштаб. Граф на пашне. Семейные ценности во главе угла. Первая тройка разлеглась как в пасьянсе. Дальше - Гоголь. Конечно же Panerai. Засланец с юга. Всеобщий любимчик. Лермонтов? Ролекс! "Белеет парус..." растиражированный до попсовости. Нездешнесть. У ЮМ - шотландские корни, у Ролекса - немецкие. Некрасов? Jaeger LeCoultre! Все гладко, хорошо ложится на ухо и на руку, растащено на цитаты. И Реверсо! Страдалец за народ - опля! - игрок и миллионщик! Горький? Ulysse Nardin! Яркая фактура, шумный успех и ложная романтика. Песнь о Соколе/Буревестнике - чистый нардан! Чехов? ммм... Longines? Доступность, легкость, театральность... Выдохся. Может, продолжит кто-нибудь? Источник: http://swiss-4asovoy.livejournal.com/25882.html |
Михаил Афанасьевич Булгаков
и его бессмертное произведение "Мастер и Маргарита" Глава 7 Нехорошая квартира Степа сел на кровать и сколько мог вытаращил налитые кровью глаза на неизвестного. Молчание нарушил этот неизвестный, произнеся низким, тяжелым голосом и с иностранным акцентом следующие слова: — Добрый день, симпатичнейший Степан Богданович! Произошла пауза, после которой, сделав над собой страшнейшее усилие, Степа выговорил: — Что вам угодно? — и сам поразился, не узнав своего голоса. Слово «что» он произнес дискантом, «вам» — басом, а «угодно» у него совсем не вышло. Незнакомец дружелюбно усмехнулся, вынул большие золотые часы с алмазным треугольником на крышке, прозвонил одиннадцать раз и сказал: — Одиннадцать! И ровно час, как я дожидаюсь вашего пробуждения, ибо вы назначили мне быть у вас в десять. Вот и я! — Профессор черной магии Воланд ! А вот,какие это были часы с алмазным треугольником на крышке,осталось загадкой...:) |
Идея интересная, но совпало по ощущению только первая тройка. Грубоватый Горький с утонченным Нарденом не вяжется никак, Панерай скорее с Маяковским, яркий сочный и не похожий ни на кого, остальное нужно осмыслить.
|
Согласен по большой тройке, потом - нет.
Пушкин - Бреге без сомнений. Зачинатель всего и вся в русской литературе и в часах. Вашерон - разделяю логику автора. Патек - лично по мне скучен так же как Толстой. Хоть есть в этой скукоте свое очароание. Например, Эллипс. На мой взгляд - самые скучные часы в истории ... вот только взгялд этот оторвать от них очень непросто :) Горький ни Улисс ни разу. Улисс ярок, позитивен и инновационен. Горький совсем не из этой оперы. Мне Горький скорее Брайтлинг напоминает. Или Пам. А Улисс это скорее Булгаков и будет. Чехов действиетльно немного в стиле Лонжин. ... а вообще - вообще все это казуистика какая-то :) З.Ы. Ого - а ведь наши рассуждения (пока писал пост выше не видел), совпали во мноом с ув. Dinos! Yt nfrfz e; b rfpebcnbrf ds[jlbn/ |
Лермонтов ну никаким боком не Ролекс. Скорее Картье какой-нибудь или Пьяже. А Маяковский - Урверк!
|
Рискну.
Maurice Lacroix - Тургенев. Морисы позиционируют себя как великую марку - Тургенев Великий Русский писатель! Тургенев воспевал простой русский народ - простой русский народ воспевает Морисы! ИМХО! |
Очень странная тема. Все аналогии притянуты за уши.
|
Цитата:
|
Цитата:
п.с.: пардон, если что, никого обидеть не хочу. |
Цитата:
|
Цитата:
Цитата:
|
Цитата:
|
Если бы русские писатели были часами, с каким бы трепетом часовые мастера производили их отладку!
|
Хубло - это Ляпис-Трубецкой. Все, что не придумает - вариации на тему одного и того же Гаврилы.
|
http://chronoscope.ru/wp-content/upl...02/pushkin.jpg
swiss-4asovoy продолжил тему на Хроноскопе http://chronoscope.ru/2011/02/authors-watches/ |
Тогда - братья Аркадий и Борис Натановичи Стругацкие - однозначно Casio. Ушли контцептуально далеко вперед, но признаютстя таковыми лишь их почитателями, а для большинства... Одни их вообще к русской литературе относить не хотят, мол пятая графа; другие НФ за литературу вообще не считают, ну и АБС вместе со всей НФ, третие не хотят признавать их будущее с победившим коммунизмом, и поэтому не признают их, как писателей... Как-то так вобщем...
|
Не, я бы с Стругацких сравнил с TokyoFlash, потому что в casio все понятно, они просты как 5 копеек
|
Цитата:
Цитата:
Цитата:
А вот Пелевина куда бы впихнуть, интересно? :D |
Цитата:
|
Как-то не получается из Лермонтова Ролекс, хоть убей. Нервозный он (Лермонтов), а Ролекс уверен в себе без самоуверенности, стержень есть в нем.
|
Цитата:
|
Вот Шолохов, пожалуй. Книг немного. Читают и эстеты и народные массы. Бунин немного дальше от народа, чем Ролекс)
|
Ну, пусть будет Шолохов.
Но, с моей точки зрения, Бунина-то все равно надо куда-то в первые ряды пристраивать. Он же не виноват, что не вмещается в рамки школьного курса литературы. Из-за своих "трипперных Бунинских сеновалов"? Пелевин все-таки - красава. Как ни крути, я для себя бы самостоятельно так не сформулировал. :) Навскидку неохваченными остались: Бунин, Бродский, Пастернак, Солженицын - четыре (!!!) Нобелевских. Зато есть почему-то Некрасов. Потому что в школе проходят? И почему ПАМы - Гоголь? Они же веселые часы-то. Вурдалакский юмор Гоголя с ними ну никак не вяжется. По-моему, ПАМы - это скорее Василий Аксенов. Затоваренная бочкотара, Остров Крым и т.п. |
Чуковский - Ролекс, Есенин - Нардэн, Маяковский - Урверк, Островский - ИВЦ, Пикуль - Омега... ;)
С первой тройкой согласен. Михалков - Свотч, Гоголь - Корум, Чехов - Лекультр, Блок - Арпа или Артья, Бушков - Штейнхарт... :D |
Цитата:
Я сидел с Горьким и финским художником Галленом. И начал Маяковский с того, что без всякого приглашения подошел к нам, вдвинул стул между нами и стал есть с наших тарелок и пить из наших бокалов. Галлен глядел на него во все глаза - так, как глядел бы он, вероятно, на лошадь, если бы ее, например, ввели в эту банкетную залу. Горький хохотал. Я отодвинулся. Маяковский это заметил. - Вы меня очень ненавидите?- весело спросил он меня. Я без всякого стеснения ответил, что нет: слишком было бы много чести ему. Он уже было раскрыл свой корытообразный рот, чтобы еще что-то спросить меня, но тут поднялся для официального тоста министр иностранных дел, и Маяковский кинулся к нему, к середине стола. А там он вскочил на стул и так похабно заорал что-то, что министр оцепенел. Через секунду, оправившись, он снова провозгласил: "Господа!" Но Маяковский заорал пуще прежнего. И министр, сделав еще одну и столь же бесплодную попытку, развел руками и сел. Но только что он сел, как встал французский посол. Очевидно, он был вполне уверен, что уж перед ним-то русский хулиган не может не стушеваться. Не тут-то было! Маяковский мгновенно заглушил его еще более зычным ревом.... (И.А. Бунин) И что здесь общего с Урверком? :D Урверк - это что-то футуристично-непонятное, "утробно-голодное" и технологично-молодежное. Скорее уж Давид Бурлюк: Будем кушать камни травы Сладость горечь и отравы Будем лопать пустоту Глубину и высоту Птиц, зверей, чудовищ, рыб, Ветер, глины, соль и зыбь! Каждый молод молод молод В животе чертовский голод Все что встретим на пути Может в пищу нам идти. |
Это в большей степени личное отношение: Маякрвский - угловатый и несуразный, вы видели Урверк?
Сложно объяснить к примеру почему Пикуль - Омега. Омега да и Омега, всплыли некие ассоциации, а может я что-то перепутал. А может и не всплыли, а может это дворник был... :D |
| Часовой пояс UTC +3, время: 19:43. |